Студия New Line хотела, чтобы фильм начинался с пролога, рассказанного героиней Кейт Бланшетт, чего очень сильно не хотел Питер Джексон. По иронии судьбы, годом ранее студия отказалась от предложения Питера Джексона, чтобы первый фильм трилогии открывался прологом, где повествование шло от лица Галадриэль (Кейт Бланшетт). В конце концов, студия согласилась на пролог в начале первой картины.